Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

(no subject)

Андрей, на фотографии - крайний слева, подавал надежды, связался с плохой компанией, начал пить и курить, потом вырос, попал в дружный коллектив, где пили и курили, потом пробился в элитный институт с замечательными, но пьющими гениями, на фоне которых он потерялся и запил.
Света, третья справа, подавала надежды, увлеклась мальчиками в ущерб работе над ошибками, за что на пионерской линейке ее осудили, потом выросла, стала секретаршей и увлеклась двумя своими начальниками, которые, до того, как ее уволить, ошибались, думая, что каждый из них не знает про другого, и она ошибочно увлеклась снова Андреем, который запил, и она тоже, а потом она счастливо увлеклась астрономией.
Сигизмунд, в центре нижнего ряда с закрытыми глазами, подавал надежды, вырос, ехал в автобусе, уснул, подозрительный человек разбудил его, вовлек в незаконный народный промысел по производству старины, но Сигизмунд уснул снова, и ему снились одноклассники - Андрей, Света, Константин, - пионервожатая, учитель физкультуры, которой он и занялся, начав прыгать все дальше в сторону, но уснул, женился, уехал в Аргентину, где служит ночным сторожем, и пьет, глядя на звезды.
Констатнтин, на фотографии - самый заметный, подавал надежды, вырос, вступил в общество по охране двигателей внутреннего сгорания, озлобился на все внешнее, чужое, злое, потом им овладели прогрессивные взгляды развития и созидания, но он все равно запил и купил телескоп.
У них ведь был учитель астрономии - на фотографии его не видно, - который когда-то подавал надежды, вырос...

(no subject)

О странностях
1
"Привет! - сказали мне в мобильный телефон. - Это ты? У меня замечательно предложение по поводу машины. Но мне некогда. Пока!"
И позвонивший незнакомец сразу разъединился. Странный какой-то.
2
Вообще люди бывают довольно странными.
3
Наш преподаватель "Научного коммунизма" во время лекции иногда прерывал себя на полуслове, подходил к окну и принимался делать сложной траектории движения шеей, причем макушка его головы оставалась неподвижной, а вот лопатки как бы переставали скрываться под костюмом и шевелились подобно раскрывающимся крыльям - но не раскрывались до конца. Преподаватель издавал клокотание или - тоже, казалось бы, неуместное - бульканье и, затихая, возвращался к теме лекции.
4
На его лекции со мной рядом, бывало, сидела девушка по имени Ириада, которую многие - особенно представительницы ее пола - считали чуть ли не ненормальной, в основном из-за такой ее странности: ей сделал предложение руки и сердца мальчик из параллельного потока - красавец, сын богатых родителей, разрядник по шашкам и боксу, - а она отказалась, уехала в поселок городского типа к тетке, пошла на огород и там встретила тоже ошарашенного ее поведением бурундука, и лицо этого животного показалось ей чрезвычайно похожим на физиономию мальчика из параллельного потока, тоже красивого, но которого она плохо знала и как бы окончательно узнала и убедилась в правильности отказа здесь, в огороде поселка городского типа.
5
Клокотание и трудно представляемые с точки зрения человеческой конституции и анатомии движения шеи привлекали студентов: мы, случалось, даже заключали пари, произойдет ли что-нибудь подобное в этот раз или нет. Бывало, проходили недели, когда на лекциях ничего интересного не происходило, - зато потом, в течении получаса преподаватель трижды вознаграждал таким образом тянущихся к знаниям студентов.
6
Замуж Ираида все-таки вышла, но позже и за другого человека. Переде свадьбой она раскрыла мне секрет преподавателя "Научного коммунизма".
7
Номер человека, говорившего мне в телефон про машины, остался в памяти моего мобильного. Можно позвонить ему и выяснить что-то.
На это и был расчет хитроумного продавцам вспомнив вдруг Ираиду: озадачить, вызвав к себе интерес.
8
Родители ее жениха рассказали о своем знакомом, доценте, который, чтобы повысить посещаемость, делал не лекции чуть ли не смертельные трюки. Ему хотелось возбудить интерес к своему предмету - и к своей персоне. Тот, из параллельного потока - Ираида чувствовала - ею как личностью не интересовался. А люди - на работе или нет - хотят внимания. Ничего странного.

(no subject)

Леся Рябцева родилась 26 мая в Москве в дворянской помещичьей семье (отец ее был майор в отставке) в день праздника Вознесения. В 12 лет, получив начатки домашнего воспитания, Леся была отвезена учиться в новое, только что открывшееся 19 октября учебное заведение - Царскосельский Лицей под Петербургом, место, где располагалась летняя резиденция русских царей.
Белинский, отметив «огромную силу творчества» молодой Лeси, резко критически отозвался о «фантастическом колорите» ее произведений. Вскоре она разошлась с кружком Белинского, стала посетителем «пятниц» М. В. Буташевича-Петрашевского и увлеклась учением социалиста-утописта Ш. Фурье.
Лeся Рябцева, используя разговорную речь и народную фразеологию, значительно расширила диапазон русской поэзии и общественной мысли. Подобно Некрасову, она первой решилась на смелое сочетание элегических, лирических и сатирических мотивов в пределах одного стихотворения, что до нее не практиковалось.
Получив аттестат об окончании университета, Рябцева поступает на службу в Государственную коллегию иностранных дел и отправляется в Мюнхен в качестве внештатного атташе Российской дипломатической миссии. Там она сочетается браком с Эрнестом Дернбергом (урожденным Пфеффель).
Вместе с Поповым и Маркони она изобретает радио и другие полупроводники

(продолжение следует)

Ипостаси и пакости

Бывают такие редкие слова, которые и услышишь-то раз в жизни или - только от одного человека.
Вот, например, “пакость” – в литературе, может быть, я это слово встречал, а вот слышал его лишь на уроке физкультуры в первом классе. Учитель подходил к нерадивому или шкодливому ученику и говорил ему, сдерживаясь от негодования: ‘Ах ты, пакость такая”. У меня однажды развязались шнурки на кедах, а завязать сразу не удалось: учитель поставил меня перед строем и, сдерживаясь, ничего не сказал.
Это шнурки. А “у редактора Туронка лопнули брюки на заднице”. Эх, ипостаси, ипостаси... Я это слово у Довлатова читал, и все.

Молчание

Когда-то я был маленький, и меня провожали в школу. Бывало, собирались вместе несколько детей, и их родители разговаривали между собой и смеялись - а потом я стал ходить один. Школа была рядом с кинотеатром "Спартак".
Часто в дороге я встречал одного и того же мальчика. Моего возраста, он переходил Салтыкова-Щедрина, шел к Дому пионеров и к церкве - там находилась его школа.
Мы ни разу не разговаривали друг с другом. Помню, в аптеке, одна страшная, скрюченнная, с желтыми пятными на руках, старуха высыпала кучу мелочи в блюдечко кассы. Кассирша растерялась. Мелочи было много - рублей на сто, решил я тогда.
- Что вы хотите купить? - спросила кассирша.
- С праздником, - сказала старуха.
Был январь, день снятия блокады. Кассирша заплакала.
Тот мальчик, из соседней школы, тоже оказался в тот момент в аптеке, но мы ничего друг другу не сказали - ни тогда, ни потом. Даже не здоровались.
Шли годы. Однажды я встретил его вечером, с девочкой. Он говорил, что фильм хороший, но ему не понравился. Девочка сказала, что ей - наоборот. Мне девочка показалась противной, да и он тоже: я возвращался из Дома пионеров, где проиграл в "сициланке" важную партию, - а они-то были вдвоем в "Спартаке".
Потом мы уехали в другой район, но я все-таки приезжал сюда. Ведь в "Спартаке" показывали старые редкие фильмы, рядом был Таврический - я приезжал, иногда видел этого парня - но не обменялся с ним ни словом.
Я даже забывал о нем надолго, но все-таки не дольше того промежутка времени, за который не узнал бы его при встрече.
Как-то раз он обнимался с девушкой - это было прощание, она говорила: "Ну, все" , и он говорил: "Мы потом вспомним безо всякой тяжести". Я смотрел старый фильм - в "Спартаке", конечно - герои уходят, превращаются в точки, исчезают, их нет больше, они не увидятся - и щемящая такая музыка, - а рядом, снаружи, тоже прощание, и она говорит: "Ну, все".
Потом я долго там не появлялся. Но даже из из Америки можно вернуться к "Спартаку", Дому пионеров, аптеке. Рядом с аптекой было новое кафе, и молодые люди, официанты, приятно поразили меня напускной вежливостью. Я почувствовал, что кто-то взглянул на меня, повернулся... Это был он, тот парень. Мужчина. В этот раз он был один, а я - нет. Он, пытаясь меня узнать, чуть пошевелил головой, кивнул, вдруг поздоровался - я тоже. Мы оба ели оладьи.
Мы сидели спиной друг к другу, и я не заметил, как он вышел.
Каждый раз, с разным настроением, я вспоминаю этот случай по-разному. Грустно, что жизнь проходит, что так много прошло без слов, - а может быть, это здорово, что кто-то в незнакомом уже городе помнит тебя, или, хотя бы обознавшись, может вспомнить.

(no subject)

Моим соседом в сабвее оказался шахматист, человек с чемоданом. Он сказал, что направляется на турнир в Нью-Джерси, а потом летит в Калифорнию, тоже на турнир.  А в прошлом году он был в Ханта-Мансийске. В детстве, оказывается, он изучил русский язык в той мере, в какой это необходимо для чтения советских шахматных книг. Хороших шахматных учебников в Америке тогда не было. Сейчас он издает эти учебники сам, тоже на русском, и покупатели находятся. Он пишет книгу, где есть и Анна Чапман, и шахматы. А я ему показал журнал с моим рассказом, практически случайно оказавшимся в портфеле. Я тоже сказал правду: что еду на репетицию спектакля.

(no subject)

Волею обстоятельств прогуливался по Гарлему. Был удивлен огромным количеством изображения Обамы - на календарях, футболках, значках, плакатах и на прочих аксеcсуарах, чуть ли не на самых интимных. Важнее, конечно, будет ли все это продаваться через четыре года здесь будет город-сад.
***
Сложность начинающегося предложения и описываемых в нем процессов подтверждается тем фактом, что даже всю жизнь порою приравнивают к школе (школа жизни), а вот брак - вспомним, заканчивая предложение - устойчиво ассоциируется уже с ВУЗом (институт брака).
***
В зоопарке морской лев плакал. Слезы были видны отчетливо. Еще он молча, беззвучно открывал рот. В чем причина слез - политика, личная жизнь? Или просто сильный ветер был?
***
В газете читатели отвечают на вопрос о сегодняшнем празднике. Некая Елена (так она названа в газете) говорит представителю прессы, что подарит мужу и сыну парфюм. А любовнику - споeт хорошую песню или даже ограничится стихом.

(no subject)

В жаркий день лежит учебник, позаброшен, на траве.
Из бассейна равномерно выливается вода.
Из окошка вылетает нескончаемый Равель.
А и Б не только буквы, но ещё и города.
Расстоянье между ними подсчитай, сожми губу:
на странице сорок три оно ужасно велико.
Посмотри, вода втекает через новую трубу,
сильной тёплою струёю – как парное молоко.
Болеро, вплетаясь в ветер, исчезает. Бьётся шмель.
Боль его нам неизвестна, непонятен его пыл.
На странице сто четыре есть ответ шмелю, но цель
неясна. Проходит лето. Был ли шмель? Всё было. Был.

lytdybr o Hunter College

Если бы меня в прошлом сезоне спросили бы, какое событие более вероятно: допустим, выигрыш футбольной команды "Терек" чемпионского звания или моё выступление перед американскими студентами, то я немедленно поздравил бы мысленно грозненских спортсменов.
Однако "Терек" проигрывает, у него свои проблемы (у меня свои) - но в составе группы из четырёх человек я оказался в Hunter College. Матвей Янкелевич читает там курс современной русской литературы, и наряду с изучением Петрушевской, Ерофеева, Пелевина, у него есть факультативная тема о зарубежных по отношению к Москве авторах.
Да, странно и удивительно - но вместе с Мариной Тёмкиной, Павлом Лемберским, Вадимом Ярмолинцем я оказался приглашённым для "чтений с последующими ответами на вопросы". Ярмолинец - журналист, Лемберский работает на радио, Тёмкина тоже ближе к кино, чем к программированию, - а я вот, попал туда, получается, только благодаря интернету. (Территориальная близость к колледжу тоже сыграла свою роль, разумеется).
Вначале я решил, что мероприятие будет проходить на английском языке. Я был уверен, что смогу прочитать на английском, переводы, но сильно сомневался, сумеют ли студенты хоть что-нибудь понять. Моему начальнику для понимания потребовалось не пятнадцать минут (таков регламент), а месяц-другой, и даже спустя пять лет, случается, он начинает доброжелательно шевелить губами в такт моей речи, как бы подталкивая её в сторону большей ясности.
Однако выяснилось, что курс читается на русском языке. Думаю, что все присутствующие или хотя бы их родители были выходцами из России и Украины, а пара смуглых студенток, скорей всего, не забыли ещё свой Баку. Из юношей был только один - но очень умный. Высказывая свою мысль, он залез в такие филологические дебри и провёл такие закрученные параллели, что я и не думаю теперь беспокоиться за будущее нашей гуманитраной науки.
Первым читал Лемберский. Он всегда очень живо и увлекательно описывает взаимоотношения молодых людей сквозь призму их влечения друг к другу, другие половые акты, через острый сюжет - который, хотя слегка прикрыт темпераментными и как бы излишними словами, но не отпускает, ведёт за собой - и вдруг, к примеру, заканчивается стихами с рифмами и обрывается. Яркое впечтление!
Выступление Тёмкиной тоже было ярким, но по-другому. Она пишет и стихи, и рассказы, и эссе. Особено заинтересовала студенток её поэма о женских грудях, повествующая о том, что их обладательницы вечно недовольны столь замечательной частью тела. Оданко и другие отобранные для чтения тексты, раскрывающие автора как человека многопланового, нашли отклик аудитории.
Ярмолинец прочитал свой художественный рассказ о неком жульничестве, которое произошло на Брайтоне: хозяин машины договорился с испаноязычным преступником, чтобы тот угнал его машину, но и у испанца, в свою очередь, машину угнали, а потом, ко всеобщему разочарованию, нашли. Наверняка что-нибудь подобное имело место. Недвано я слышал рассказ Вадима "Ни о чём", так тот, ни о чём, мне, честно говоря, понравился больше, но и этот, об угнанной машине, хорош.
Я тоже прочитал неколько коротких рассказов, как раз на пятнадцать минут. Следует отметить высокое качество и надёжность используемого микрофона.
Ответы на вопросы превратились в разговор о сходстве и различиях прозы и поэзии, об эмигрантсткой тематике и её отсутствии, о внутренней мелодии текста, о том, является ли повесть более присущей современной жизни, чем рассказ или, тем более, роман, о ясности повествования - хорошо это или плохо.
Честно говоря, я почти всё время молчал - дело в том, что умные мысли приходят реже, чем необходимость говорить. Во всяком случае, ко мне приходят реже.
После двухчасовой официальной части в соседнем недорогом ресторанчике состоялась неофициальная, с участием некоторых студенческих активистов.
Вечером я узнал, что в последнем матче футболисты "Терека" победили. Да и о событии в Hunter я уже рассказал.